Кра­марж был ли­де­ром Мла­до­че­хов и одним из глав­ных сто­рон­ни­ков неза­ви­си­мо­сти Че­хо­сло­ва­кии. Он верил в тесный союз сла­вян­ских на­ро­дов — с Рос­си­ей во главе. В годы Первой ми­ро­вой войны ав­стрий­ские власти аре­сто­ва­ли его и при­го­во­ри­ли к смерт­ной казни за го­су­дар­ствен­ную измену — его pro-рос­сий­ские сим­па­тии ока­за­лись слиш­ком оче­вид­ны. Рас­стрел был за­ме­нён за­клю­че­ни­ем, а после ре­во­лю­ции 1917 года он вышел на сво­бо­ду.

Его жена — На­деж­да Аб­ри­ко­со­ва, дочь мос­ков­ско­го про­мыш­лен­ни­ка — была сим­во­лом русско-чеш­ско­го союза в личной жизни по­ли­ти­ка. Их вилла в Праге стала цен­тром рус­ской куль­тур­ной жизни в меж­во­ен­ные годы.

После 1917 года Кра­марж ак­тив­но под­дер­жи­вал рус­ских эми­гран­тов в Че­хо­сло­ва­кии. «Рус­ская акция» чеш­ско­го пра­ви­тель­ства — про­грам­ма под­держ­ки эми­гран­тов, учёных, ху­дож­ни­ков из России — ре­а­ли­зо­вы­ва­лась в том числе и при его под­держ­ке. Прага 1920-х стала одним из глав­ных цен­тров рус­ской эми­гра­ции именно бла­го­да­ря этой по­ли­ти­ке.